• по
Более 62000000 судебных актов
  • Текст документа
  • Статус


АРБИТРАЖНЫЙ СУД ГОРОДА МОСКВЫ

РЕШЕНИЕ

от 25 января 2021 года Дело N А40-136181/2020

Резолютивная часть решения объявлена 20 января 2021 г.

Полный текст решения изготовлен 25 января 2021 г.

Арбитражный суд города Москвы в составе:

председательствующего судьи А.Г.Алексеева

при ведении протокола судебного заседания секретарём Айларовым Г.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело

по иску ООО "Бизнес-эффект-проект" к ООО "НТЦ спецбетон",

о взыскании 10 030 191,26 рублей,

встречному иску о взыскании 11 036 000 рублей,

при участии:

от истца - Минеев А.А. по доверенности от 21 октября 2020 г. N 20;

от ответчика - Узяева А.А. по доверенности от 7 октября 2020 г.;

УСТАНОВИЛ:

Иск заявлен о взыскании с ответчика в пользу истца неосновательного обогащения в размере 10 000 000 рублей, перечисленных по договору от 13 мая 2020 г. N 13/05-2020 (далее - Договор), заключённому между истцом (генподрядчик) и ответчиком (подрядчик), кроме того, процентов за пользование чужими денежными средствами.

Определением от 14 октября 2020 г. к совместному рассмотрению принят встречный иск о взыскании убытков в размере 11 036 000 рублей, причинённых расторжением Договора.

Истец в судебном заседании настаивал на удовлетворении иска.

Ответчик по иску возражал.

Рассмотрев материалы дела, заслушав представителей сторон, исследовав и оценив представленные доказательства, суд пришел следующим выводам.

Как усматривается из материалов дела, Договор заключён на выполнение комплекса работ по устройству монолитного каркаса здания ниже отметки 0.00 на объекте, расположенному по адресу: Москва, переулок Костянский, вл. 13.

В соответствии с п. 4.2.1 Договора генподрядчиком был перечислен подрядчику аванс в размере 10 000 000 рублей, что подтверждается платёжными поручениями от 10 июня 2020 г. N 682 и от 10 июня 2020 г. N 683.

Истец в порядке статьи 717 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - Гражданский кодекс) уведомлением от 18 июня 2020 г. N 86-БЭП отказался от Договора и потребовал возврата предварительно уплаченных денежных средств.

Получение указанного уведомления ответчиком не оспаривается.

Кроме того, в ответ на указанное уведомление об отказе от Договора от подрядчика поступил отказ от расторжения Договора от 29 июня 2020 г. N 29-1/06-2020, что свидетельствует о том, что 29 июня 2020 г. ответчик уже был уведомлен об отказе от Договора.

Таким образом, Договор расторгнут в порядке статей 165.1, 450.1, 717 Гражданского кодекса с 29 июня 2020 г.

Перечисленная в качестве аванса сумма в спорном размере, по мнению истца, является неосновательным обогащением по смыслу статьи 1102 Гражданского кодека, так как ответчик без законных (договорных оснований) удерживает сумму аванса.

Статьей 1102 Гражданского кодекса установлено, что лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение).

Исходя из содержания указанной нормы получение ответчиком денежных средств от истца при отсутствии у истца обязанности их выплачивать в силу соответствующего договора или требования нормативного акта, без предоставления ответчиком со своей стороны каких-либо товаров (работ, услуг) в счет принятых сумм следует квалифицировать как неосновательное обогащение.

Таким образом, иск о взыскании суммы неосновательного обогащения подлежит удовлетворению, если будут доказаны: факт получения (сбережения) имущества ответчиком, отсутствие для этого должного основания, а также то, что неосновательное обогащение произошло за счет истца.

При этом правила, предусмотренные главой 60 Гражданского кодекса, применяются независимо от того, явилось ли неосновательное обогащение результатом поведения приобретателя имущества, самого потерпевшего, третьих лиц или произошло помимо их воли.

Согласно пункту 1 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 11 января 2000 г. N 49 "Обзор практики рассмотрения споров, связанных с применением норм о неосновательном обогащении" возможно истребование в качестве неосновательного обогащения, полученные до расторжения договора денежные средства, если встречное удовлетворение получившей их стороной не было предоставлено и обязанность его предоставить отпала. Основания для удержания перечисленных истцом денежных средств в спорном размере отсутствуют.

Лицо, которое неосновательно получило или сберегло имущество, обязано возвратить или возместить потерпевшему все доходы, которые оно извлекло или должно было извлечь из этого имущества с того времени, когда узнало или должно было узнать о неосновательности обогащения (пункт 1 статьи 1107 Гражданского кодекса).

Таким образом, из смысла указанной правовой нормы следует, что для взыскания неосновательного обогащения необходимо доказать факт получения ответчиком имущества либо денежных средств без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований и его размер.

Согласно положениям статьи 1107 Гражданского кодекса на сумму неосновательного денежного обогащения подлежат начислению проценты за пользование чужими средствами с того времени, когда приобретатель узнал или должен был узнать о неосновательности получения или сбережения денежных средств.

При толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом (статья 431 Гражданского кодекса).

Согласно положениям пункта 2 статьи 450 Гражданского кодекса, по требованию одной из сторон договор может быть изменен или расторгнут по решению суда только при существенном нарушении договора другой стороной. Существенным признается нарушение договора одной из сторон, которое влечет для другой стороны такой ущерб, что она в значительной степени лишается того, на что была вправе рассчитывать при заключении договора.

Согласно правовой позиции, сформированной в пункте 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 6 июня 2014 г. N 35, если к моменту расторжения договора, исполняемого по частям, поставленные товары, выполненные работы, оказанные услуги, в том числе по ведению чужого дела (по договору комиссии, доверительного управления и т.п.), не были оплачены, то взыскание задолженности осуществляется согласно условиям расторгнутого договора и положениям закона, регулирующим соответствующие обязательства. При этом сторона сохраняет право на взыскание долга на условиях, установленных договором или законом, регулирующим соответствующие договорные обязательства, а также права, возникшие из обеспечительных сделок, равно как и право требовать возмещения убытков и взыскания неустойки по день фактического исполнения обязательства (пункты 3 и 4 статьи 425 Гражданского кодекса).

Согласно правовой позиции, сформированной в пункте 3 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 6 июня 2014 г. N 35, разрешая споры, связанные с расторжением договоров, суды должны иметь в виду, что по смыслу пункта 2 статьи 453 Гражданского кодекса при расторжении договора прекращается обязанность должника совершать в будущем действия, которые являются предметом договора (например, отгружать товары по договору поставки, выполнять работы по договору подряда, выдавать денежные средства по договору кредита и т.п.).

Кроме того, истцом истребуются проценты в порядке статей 395, 1107 Гражданского кодекса за период с 10июля 2020 г. по 3 августа 2020 г.

При рассмотрении требований встречного иска суд пришёл к следующим выводам.

В обоснование встречного иска ответчик ссылается на то, что понес расходы на исполнение Договора до его расторжения:

- на подготовку и согласование проекта производства работ в размере 340 000 рублей;

- на подготовку (восстановление) опалубки по договору от 15 мая 2020 г. N 15/05-20, заключённого с ООО "УК Крамос", в размере 2 268 000 рублей;

- на аренду опалубки по договору аренды от 15 мая 2020 г. N 15/05-2020А, заключённого с ООО "УК Крамос", за период 1 июня 2020 г. по 31 июля 2020 г. в размере 5 728 000 рублей;

- на возмещение убытков ООО "УК Крамос", причиненных досрочным расторжением договора аренды от 15 мая 2020 г. N 15/05-2020А, в размере 2 700 000 рублей.

Согласно статье 393 Гражданского кодекса должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства.

Предметом взыскания по настоящему иску являются убытки, причиненные истцу некачественно выполненными ремонтами по Договору.

Пунктом 1 статьи 1064 Гражданского кодекса предусмотрено, что вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Из названных положений следует вывод о существенном различии правовой природы данных обязательств по основанию их возникновения: из договора и из деликта. В случае если вред возник в результате неисполнения или ненадлежащего исполнения договорного обязательства, нормы об ответственности за деликт не применяются, а вред возмещается в соответствии с правилами об ответственности за неисполнение договорного обязательства или согласно условиям договора, заключенного между сторонами.

Указанная правовая позиция сформирована судом надзорной инстанции в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 18 июня 2013 N 1399/13 по делу N А40-112862/2011 и подтверждена в постановлении ФАС Московского округа от 25 апреля 20174 г. N Ф05-3051/14 по делу N А40-77053/13 при рассмотрении дела со схожими обстоятельствами.

Как следует из положений пункта 3 статьи 401 Гражданского кодекса, если иное не предусмотрено законом или договором лицо, не исполнившее или ненадлежащим образом исполнившее обязательство несет ответственность, если не докажет, что надлежащее исполнение оказалось невозможным вследствие непреодолимой силы, то есть чрезвычайных и непредотвратимых при данных условиях обстоятельств. Пунктом 2 статьи 401 Гражданского кодекса устанавливает также, что отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство.

Согласно пункту 1 статьи 393 Гражданского кодекса должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства.

На основании статьи 15 Гражданского кодекса лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Исходя из смысла статей 15 и 393 Гражданского кодекса для наступления деликтной ответственности необходимо наличие состава правонарушения, включающего в себя наступление вреда и его размер, противоправность поведения причинителя вреда, причинную связь между возникшим вредом и действиями указанного лица, а также вину причинителя вреда. Требование о возмещении вреда может быть удовлетворено только при доказанности всех названных элементов в совокупности.

В силу правовой позиции, сформированной в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 2 декабря 2014 г. по делу N 310-ЭС14-142, А14-4486/2013 (Судебная коллегия по экономическим спорам), для применения гражданско-правовой ответственности в виде взыскания убытков суду необходимо установить состав правонарушения, включающий наступление вреда, вину причинителя вреда, противоправность поведения причинителя вреда, наличие причинно-следственной связи между действиями причинителя вреда и наступившими у истца неблагоприятными последствиями, а также размер ущерба.

Требуя возмещения реального ущерба, лицо, право которого нарушено, обязано доказать размер ущерба, причиненную связь между ущербом и действиями лица, нарушившего право, а в случаях когда законом или договором предусмотрена презумпция невиновности должника - также вину.

Согласно положениям статьи 704 Гражданского кодекса работы выполняются иждивением истца (подрядчика). Только подрядчик определяет потребные ему силы и средства для выполнения работ. В силу статьи 2 Гражданского кодекса предпринимательская деятельность осуществляется своими силами на свой риск.

Ответчиком не доказан факт, что аренда оборудования произведена только в силу спорного Договора, более того, арендовать оборудование или выполнять работы иным способом подпадает под определение предпринимательского риска истца.

Как утверждает ответчик, он является профессиональным участником рынка по осуществлению строительства, соответственно на свой страх и риск оценивает принимаемые обязательства по заключаемому договору и оценивает потребные ему материалы и оборудование. Только ответчик подрядчик определяет состав оборудования и способ выполнения работ.

Иного суду не доказано. Аренда оборудования, в отсутствии собственного у профессиональной строительной организации, не может быть отнесена на заказчика работ.

Доказательств того, что арендованная опалубка является уникальной и не может быть приобретена или арендована в любое время по мере необходимости, ответчик не предоставил.

Согласно п. 1.1.22 Договора проект производства работ (ППР) разрабатывается ответчиком и согласовывается с надзорными органами Российской Федерации и истцом.

Каких-либо доказательств согласования ППР с надзорными органами ответчик не предоставил. Более того, ППР необходим был именно ответчику для производства работ.

Все предъявляемые к возмещению ответчиком в составе встречного иска убытки относятся к предпринимательскому риску.

Согласно статье 71 Арбитражного процессуального кодекса суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств (часть 1).

Каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений (статья 65 Арбитражного процессуального кодекса).

В соответствии со статьями 8 и 9 Арбитражного процессуального кодекса судопроизводство в арбитражном суде осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон. Лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

В соответствии со статьёй 110 Арбитражного процессуального кодекса судебные расходы относятся на сторон пропорционально удовлетворённых требований.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 11, 12, 307, 309, 310, 330, 331, 333 Гражданского кодекса, статьями 4, 9, 65, 110, 123, 156, 167-171, 176 Арбитражного процессуального кодекса, суд

РЕШИЛ:

1. Взыскать с общества с ограниченной ответственностью "НТЦ спецбетон" (ОГРН 1035000714297) в пользу общества с ограниченной ответственностью "Бизнес-эффект-проект" (ОГРН 1047796183181):

сумму неосновательного обогащения в размере 10 000 000 (десять миллионов) рублей;

сумму процентов за пользование чужими денежными средствами в размере 30 191 (тридцать тысяч сто девяносто один) рубль 26 копеек;

расходы по уплате государственной пошлины в размере 73 151 (семьдесят три тысячи сто пятьдесят один) рубль.

2. В удовлетворении встречного иска отказать полностью.

3. Решение суда вступает в законную силу по истечении месячного срока со дня его принятия и может быть обжаловано в течение месяца со дня его принятия в Девятый арбитражный апелляционный суд.

Судья А.Г.Алексеев


Электронный текст документа
подготовлен АО "Кодекс" и сверен по:
файл-рассылка

Номер документа: А40-136181/2020
Принявший орган: Арбитражный суд города Москвы
Дата принятия: 25 января 2021

Поиск в тексте