• по
Более 59000000 судебных актов
  • Текст документа
  • Статус

КОНСТИТУЦИОННЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 26 ноября 2018 года N 2863-О

Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Колобова Валерия Михайловича на нарушение его конституционных прав статьей 401_6 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации

Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В.Д.Зорькина, судей К.В.Арановского, А.И.Бойцова, Н.С.Бондаря, Г.А.Гаджиева, Ю.М.Данилова, Л.М.Жарковой, С.М.Казанцева, С.Д.Князева, A.Н.Кокотова, Л.О.Красавчиковой, С.П.Маврина, Н.В.Мельникова, Ю.Д.Рудкина, О.С.Хохряковой, В.Г.Ярославцева, рассмотрев вопрос о возможности принятия жалобы гражданина B.М.Колобова к рассмотрению в заседании Конституционного Суда Российской Федерации,

установил:

1. Гражданин В.М.Колобов 27 апреля 2015 года осужден за совершение преступления приговором суда, которым также полностью отказано в удовлетворении одного из гражданских исков, предъявленных в данном уголовном деле. Определением суда апелляционной инстанции от 12 октября 2015 года приговор в этой части оставлен без изменения, однако постановлением суда кассационной инстанции от 26 сентября 2018 года приговор в части отказа в удовлетворении гражданского иска отменен, а дело передано для рассмотрения в порядке гражданского судопроизводства.

Заявитель утверждает, что статья 401_6 "Поворот к худшему при пересмотре приговора, определения, постановления суда в кассационной инстанции" УПК Российской Федерации противоречит статьям 15 (часть 4), 17 (часть 1), 19 (часть 1) и 35 (часть 1) Конституции Российской Федерации в той мере, в какой она вследствие своей неопределенности не позволяет выработать единообразный подход к вопросу о том, допускается ли - как ухудшающий положение осужденного - пересмотр в кассационном порядке приговора суда в части отказа в удовлетворении гражданского иска в уголовном деле по истечении годичного срока со дня вступления данного приговора в законную силу. При этом В.М.Колобов ссылается на Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 7 марта 2017 года N 5-П, по смыслу которого не подлежит отмене в кассационном порядке судебное решение о возвращении владельцу (обвиняемому, подсудимому) ранее конфискованного имущества, принадлежащего ему на законных основаниях, по прошествии одного года со дня вступления такого решения в законную силу.

2. Конституционный Суд Российской Федерации, изучив представленные материалы, не находит оснований для принятия данной жалобы к рассмотрению.

Конституция Российской Федерации, провозглашая идею справедливости как основополагающую и гарантируя каждому судебную защиту его прав и свобод на основе равенства перед законом и судом (преамбула; статья 18; статья 19, часть 1; статья 46, часть 1), предполагает исправление судебных ошибок, что вытекает из предназначения правосудия, из необходимости вынесения законных и обоснованных судебных решений. В развитие этих конституционных требований Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации в главе 47_1 закрепляет механизм пересмотра вступивших в законную силу судебных решений в суде кассационной инстанции. В частности, статья 401_6 данного Кодекса предусматривает, что пересмотр в кассационном порядке приговора, определения, постановления суда по основаниям, влекущим ухудшение положения осужденного, оправданного, лица, в отношении которого уголовное дело прекращено, допускается в срок, не превышающий одного года со дня вступления их в законную силу, если в ходе судебного разбирательства были допущены повлиявшие на исход дела нарушения закона, искажающие саму суть правосудия и смысл судебного решения как акта правосудия, либо если были выявлены данные, свидетельствующие о несоблюдении лицом условий и невыполнении им обязательств, предусмотренных досудебным соглашением о сотрудничестве.

По смыслу правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации, указанное ограничение на пересмотр вступивших в законную силу судебных решений распространяется лишь на такие решения, на основании которых определяется уголовно-правовой статус лица как виновного или невиновного в совершении преступления и подлежащего или не подлежащего уголовной ответственности и к этому лицу применяется наказание, а также публично-правовая санкция, структурно обособленная от наказания и выражающаяся, как мера уголовно-правового характера, в возложении на обвиняемого (осужденного) обязанности претерпеть дополнительные, по отношению к наказанию, правоограничения уголовно-превентивного свойства, т.е. по своей конституционно-правовой природе соотносимая по некоторым признакам с наказанием, хотя и не тождественная ему (постановления от 11 мая 2005 года N 5-П и от 7 марта 2017 года N 5-П, Определение от 27 сентября 2018 года N 2190-О).

В свою очередь, обязательство о возмещении вреда, причиненного личности или имуществу гражданина, а также вреда, причиненного имуществу юридического лица, в полном объеме лицом, причинившим вред, вытекает из требований пункта 1 статьи 1064 ГК Российской Федерации, не является санкцией со стороны государства за совершение запрещенного уголовным законом деяния, в том числе структурно обособленной от наказания, либо мерой уголовно-правового характера, обязывающей обвиняемого (осужденного) претерпеть дополнительные, по отношению к наказанию, правоограничения, с ним соотносимые.

При этом решением суда кассационной инстанции об отмене приговора в части гражданского иска с направлением дела для рассмотрения в порядке гражданского судопроизводства не определяется и не изменяется уголовно-правовой статус лиц, в отношении которых они приняты, вопрос об обвинении в совершении преступления и назначении наказания не разрешается, а значит, сам по себе пересмотр таких решений не может расцениваться как ухудшающий или улучшающий положение этих лиц и, следовательно, как подпадающий под действие статьи 401_6 УПК Российской Федерации.

Кроме того, само по себе исправление судебной ошибки и вынесение справедливого решения по уголовному делу не может расцениваться в качестве нарушения прав (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 20 апреля 2017 года N 776-О и от 23 ноября 2017 года N 2744-О). Напротив, как неоднократно отмечал Конституционный Суд Российской Федерации, отсутствие возможности пересмотреть ошибочный судебный акт противоречило бы универсальным требованиям эффективного восстановления в правах посредством правосудия, отвечающего критериям справедливости, умаляло бы и ограничивало право на судебную защиту (постановления от 2 февраля 1996 года N 4-П, от 3 февраля 1998 года N 5-П, от 5 февраля 2007 года N 2-П и др.).

Таким образом, отсутствуют основания утверждать, что статья 401_6 УПК Российской Федерации нарушает права В.М.Колобова в обозначенном в его жалобе аспекте, а потому данная жалоба, как не отвечающая критерию допустимости обращений в Конституционный Суд Российской Федерации, не может быть принята Конституционным Судом Российской Федерации к рассмотрению.

Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", Конституционный Суд Российской Федерации

определил:

1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Колобова Валерия Михайловича, поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", в соответствии с которыми жалоба в Конституционный Суд Российской Федерации признается допустимой.

2. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит.

Председатель

Конституционного Суда

Российской Федерации

В.Д.Зорькин

Мнение судьи Конституционного Суда Российской Федерации Ю.М.Данилова по Определению КС РФ от 26 ноября 2018 года N 2863-О по жалобе гражданина В.М.Колобова

Конституционным Судом Российской Федерации принято Определение об отказе в рассмотрении жалобы гражданина В.М.Колобова на нарушение его конституционных прав статьей 401_6 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации как не соответствующей критериям допустимости.

Как усматривается из представленных материалов, определением суда апелляционной инстанции от 12 октября 2015 года оставлен без изменения постановленный в отношении заявителя приговор, в том числе в части разрешенного гражданского иска. Постановлением суда кассационной инстанции от 26 сентября 2018 года приговор в части гражданского иска отменен с направлением дела для рассмотрения в порядке гражданского судопроизводства.

Содержащиеся в жалобе заявителя указания на то, что статьей 401_6 упомянутого Кодекса в ее истолковании судебными инстанциями нарушены его права, отвергнуты Конституционным Судом Российской Федерации, который посчитал, что удовлетворение (в том числе частичное) гражданского иска в уголовном процессе не является ни санкцией со стороны государства, ни иной мерой уголовно-правового характера и, таким образом, на приговор суда в отношении гражданского иска не распространяется установленный оспоренной нормой запрет пересмотра этого судебного акта в сторону ухудшения положения осужденного по истечении годичного срока со дня его вступления в силу.

Полагаю, что с таким выводом, тем более сделанным в режиме отказного определения, согласиться нельзя.

1. Статья 299 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации предписывает суду при постановлении приговора разрешить вопрос о том, подлежит ли удовлетворению гражданский иск, в чью пользу и в каком размере (пункт 10), а статья 309 того же Кодекса обязывает суд решить вопрос по предъявленному гражданскому иску именно в резолютивной части приговора.

В свою очередь, статья 401_6 данного Кодекса устанавливает, что пересмотр в кассационном порядке приговора по основаниям, влекущим ухудшение положения осужденного, допускается в срок, не превышающий одного года со дня вступления приговора в законную силу, да и то лишь в тех случаях, когда в ходе судебного разбирательства были допущены повлиявшие на исход дела нарушения закона, искажающие саму суть правосудия.

Следовательно, запрет поворота к худшему, установленный оспоренной нормой, касается всех разрешенных в приговоре вопросов, в том числе касающихся судьбы гражданского иска. Такой вывод проистекает из буквального толкования закона.

Выявление же Конституционным Судом Российской Федерации конституционно-правового смысла названной нормы, в том числе с учетом ее места в системе правовых актов, а также смысла, придаваемого ей официальным или иным толкованием или сложившейся правоприменительной практикой, возможно только при рассмотрении жалобы по существу, но никак ни в отказном определении.

2. Рассмотрение жалобы В.М.Колобова по существу было необходимо также для устранения неизбежно возникающего при такой позиции Конституционного Суда Российской Федерации противоречия между регулируемыми различными процессуальными кодексами одинаковыми по своей сути институтами - сроками для кассационного обжалования состоявшихся судебных решений, касающихся гражданско-правовых споров.

Как известно, в соответствии с частью второй статьи 376 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебные постановления могут быть обжалованы в суд кассационной инстанции в течение шести месяцев со дня их вступления в законную силу; статья 276 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации разрешает подачу кассационной жалобы в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления в законную силу обжалуемого судебного решения.

Позиция, занятая Конституционным Судом Российской Федерации в Определении по жалобе В.М.Колобова, приведет к тому, что срок для кассационного обжалования приговора в части гражданского иска станет бесконечным. Такая позиция вступает в явное противоречие с принципом правовой определенности, основанной на признании окончательности, неопровержимости, исключительности и общеобязательности вступившего в законную силу судебного акта (res judicata), а потому является ошибочной.

Электронный текст документа

подготовлен АО "Кодекс" и сверен по:

рассылка

Номер документа: 2863-О
Принявший орган: Конституционный Суд Российской Федерации
Дата принятия: 26 ноября 2018

Поиск в тексте