АЛТАЙСКИЙ КРАЕВОЙ СУД

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 24 марта 2022 года Дело N 22-1247/2022

Суд апелляционной инстанции Алтайского краевого суда в составе:

председательствующего Зверева Д.Ю.

судей: Калугиной И.Н., Арбачаковой А.В.

при секретаре Пепеляевой Н.А.

с участием прокурора Сергеевой И.А.

адвоката Ермакова С.В.

осужденного Пугачева Д.А. (по системе видеоконференц-связи)

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам адвоката Головенко С.М., осужденного Пугачева Д.А. на приговор Бийского городского суда Алтайского края от 24 января 2022 года, которым

Пугачев Д. А., ДД.ММ.ГГ года рождения, уроженец <данные изъяты>,

- осужден по ч. 4 ст. 111 УК РФ к 8 годам лишения свободы, с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

По делу разрешены вопросы о начале исчисления срока наказания, о мере пресечения в отношении осужденного, о зачете времени содержания под стражей и о процессуальных издержках;

Заслушав доклад судьи Зверева Д.Ю., который изложил содержание обжалуемого судебного решения, существо апелляционных жалоб и возражений на них, выслушав пояснения осужденного Пугачева Д.А., адвоката Ермакова С.В., мнение прокурора Сергеевой И.А., суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

приговором суда Пугачев Д.А. признан виновным и осужден за умышленное причинение тяжкого вреда здоровью Д.М.А.., опасного для жизни человека, повлекшее по неосторожности смерть последнего, совершенное в период с 2 часов 4 минут до 3 часов 40 минут ДД.ММ.ГГ в г. Бийске Алтайского края при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре суда.

В судебном заседании Пугачев Д.А. вину не признал.

В апелляционной жалобе адвокат Головенко С.М. полагает приговор суда в отношении Пугачева Д.А. подлежит отмене, в связи с несоответствием выводов суда фактическим обстоятельствам дела, несправедливостью принятого судом решения.

Автор жалобы, давая оценку показаниям Пугачева Д.А., указывает на их последовательность и согласованность с показаниями свидетеля С.Е.В.., которым также дает собственную оценку. Обращает внимание на показания представителя потерпевшего Д.Т.И., указавшей на то, что 11 июля 2021 года в ночное время ее сын распивал спиртное у себя дома, после на такси уехал к С.Е.В. которые противоречат показаниям свидетеля Ф.Р.А., пояснившего о том, что Д.М.А. был трезвый. Вследствие этого, полагает, что к показаниям свидетеля Ф.Р.А. о том, что он не видел телесных повреждений на лице у погибшего следует отнестись критически. Обращает внимание на то, что единственный кто мог видеть телесные повреждения у Д.М.А.. является сам Пугачев Д.А., который видел синяки в области лба, глаза, виска, а С.Е.В.. вышла к нему позже. Пугачев Д.А. опасался Д.М.А., в связи с чем, прежде чем выйти к нему во двор, вызвал сотрудников полиции. Обращает внимание на отсутствие намерений у Пугачева Д.А. причинять телесные повреждения Д.М.А. Сам Д.М.А. напротив высказывал намерения физической расправы С.Е.В. намеривался проникнуть к ней в дом. Кроме того, все обстоятельства произошли в ночное время, что лишало возможности Пугачева Д.А., испугавшегося действий Д.М.А., объективно оценить характер совершаемых им действий.

Полагает, что действия Пугачева Д.А. были направлены на пресечение противоправных действий Д.М.А. что с учетом ч. 1 ст. 37 УК РФ, абз.3 п. 3 Постановления Пленума Верховного суда РФ N 19 от 27.09.2012 "О применении судами законодательства о необходимой обороне " не является преступлением. При этом Пугачев Д.А. не превышал пределов необходимой обороны, так как он прекратил свои действия сразу после прекращения Д.М.А. своих действий. Отмечает, что Пугачев Д.А. действовал аналогичным образом по отношению к Д.М.А.. в дневное время, в связи с чем в действиях Пугачева Д.А. отсутствует состав преступления и он должен быть оправдан.

Цитируя и давая оценку проведенным по делу судебно-медицинским экспертизам в отношении погибшего, указывает на то, что телесные повреждения, от которых наступила смерть последнего, возникли не менее чем от четырехкратного воздействия тупого твердого предмета, но вместе с тем судом достоверно установлено, что Пугачев Д.А. нанес ему только 2 удара в лицо, в область носа и подбородка, которые не могли привести к смерти потерпевшего, что свидетельствует о его непричастности к тем телесным повреждениям, которые были у потерпевшего и повлекли его смерть.

Просит отменить приговор суда, оправдать Пугачева Д.А.

В апелляционной жалобе осужденный Пугачев Д.А. приводит в целом доводы аналогичные доводам адвоката. Отмечает, что приговор суда не соответствует требованиям ст. 297 УПК РФ, его вина и умысел на совершение инкриминируемого ему преступления не доказаны и не подтверждаются исследованными материалами дела. Вместе с тем, уголовной ответственности подлежат только вменяемые лица, которые осознавали опасность последствий совершаемых действий. Судом не учтено отсутствие у него умысла на причинение смерти потерпевшему, а также отсутствуют доказательства его вины. Обращает внимание на то, что судом не дана оценка имеющимся у потерпевшего заболеваниям, в том числе психическим. Также не учтено наличие у него самого психических заболеваний, в связи с наличием которых он 14 лет являлся недееспособным, проходил лечение в психоневрологическом диспансере, что также подтверждается заключениям судебно-психиатрической экспертизы (основной и дополнительной). Данные обстоятельства являются существенными при определении умысла. Полагает, что судом неверно дана квалификация его действиям, не дана оценка его последовательным показаниям. Обращает внимание, что в основу приговора положены недостоверные выводы экспертиз.

В дополнениях обращает внимание, что судом не дана оценка всем доказательствам, которые были представлены сторонами. Обращает внимание на то, что свидетель С.Е.В. страдает психическим расстройством, на момент проведения предварительного расследования по делу испытывала стресс, чем судом не дана оценка. Отмечает, что протокол судебного заседании не соответствует аудиозаписи судебного заседания, в связи с чем просит не учитывать письменный протокол судебного заседания. Отмечает, что судом положены в основу приговора доказательства с обвинительным клоном, при проведении экспертиз не учтено, что телесные повреждения у потерпевшего образовались не от его действий. Фактически судом не были учтены данные обстоятельства, а также доказательства его непричастности, что свидетельствует о несправедливости приговора суда.

В возражениях на апелляционные жалобы адвоката Головенко С.М., осужденного Пугачева Д.А. заместитель прокурора г. Бийска Куркина О.С. просит приговор суда в отношении Пугачева Д.А. оставить без изменения, апелляционные жалобы - без удовлетворения.

В возражениях на апелляционные жалобы осужденного Пугачева Д.А. представитель потерпевшего Д.Т.И.. просит приговор суда оставить без изменения, апелляционные жалобы осужденного без удовлетворения.

Проверив представленные материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб, дополнений и возражений, суд апелляционной инстанции принимает следующее решение.

Вопреки доводам жалоб, выводы суда о виновности осужденного Пугачева Д.А. в совершении преступления при обстоятельствах, изложенных в описательно-мотивировочной части приговора, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, основаны на проверенных в судебном заседании доказательствах, содержание которых полностью раскрыто в приговоре суда и которые были надлежаще оценены судом с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, а все в совокупности - достаточности для разрешения уголовного дела.

Мотивы принятого судом решения по результатам оценки доказательств изложены в приговоре, как этого требует ст. 307 УПК РФ, а сам приговор в целом положениям главы 39 УПК РФ, в том числе ст. 297 УПК РФ и ч. 4 ст. 302 УПК РФ.

Так осужденный Пугачев Д.А. в ходе судебного разбирательства не отрицал самого факта конфликта с потерпевшим, в ходе которого он нанес несколько ударов руками по голове и телу Д.М.А.., причинив тому телесные повреждения. Данные обстоятельства фактически не оспариваются и в апелляционных жалобах осужденного и его защитника.

Вопреки доводам жалоб, судом надлежащим образом была проверены версия Пугачева Д.А. о непричастности к причинению тяжкого вреда здоровью потерпевшего и о необходимой обороне, которые обоснованно расценены судом критически, как избранный способ защиты от предъявленного обвинения, в целях избежать уголовной ответственности за содеянное, поскольку опровергается исследованными в судебном заседании доказательствами.

Так, в основу обвинительного приговора судом обоснованно положены показания представителя потерпевшего Д.Т.И. о том, что в вечернее время указанного числа её сын - Д.М.А. поехал на такси к С.Е.В.., при этом он чувствовал себя нормально, телесных повреждений у него не было, одежда на нем была чистой и опрятной. На следующий день утром ей позвонил участковый, сообщил о том, что Д.М.А.. находится у них, в связи с чем она вызвала такси и сына привезли домой. Сын был трезвый, его одежда была грязной, под глазами у него были синяки, на левом виске была ссадина с гематомой, в области лба справа и слева были ссадины, в области темени, на теле также были телесные повреждения. Со слов сына ей стало известно, что у него произошел конфликт с сожителем С.Е.В., при этом он жаловался на сильную головную боль. Впоследствии у сына начались приступы и судороги, в связи с чем она вызвала скорую помощь, а через несколько дней сын умер в больнице.

Показания Д.Т.И. надлежаще оценены судом как логичные, последовательные и согласующиеся с другими доказательствами по уголовному делу, в частности:

- с показаниями свидетеля С.Е.В. - непосредственного очевидца преступления, согласна которым она видела, как Пугачев Д.А. наносил удары Д.М.А.. руками по голове и телу, от чего тот упал на асфальт, а после видела на его лице кровь;

- с показаниями свидетеля Ф.Р.А.. - водителя такси, который подвозил Д.М.А. из с. Верх-Обское в г. Бийск, при этом каких-либо видимый телесных повреждений у последнего не было, одежда была опрятной;

- с показаниями свидетеля О.М.С.. - водителя такси, который подвозил Д.М.А,. обратно из г. Бийска в с. Верх-Обское, при этом у последнего на лице были телесные повреждения, на нем была грязная одежда;

- с показаниями свидетелей А.А.В.. и П.Р.А.. - сотрудников полиции, которые прибыли к дому С.Е.В.. по потупившему вызову в дежурную часть, об обнаружении ими около дома С.Е.В.. лежащего на обочине Д.М.А.., одежда которого была грязной, на лице была кровь, телесные повреждения и гематомы, рядом с ним находились С.Е.В и Пугачев Д.А., у которых каких-либо телесных повреждений не было.

- с показаниями свидетеля К.И.М - фельдшера бригады скорой помощи, об обстоятельствах госпитализации 12 июля 2021 года Д.М.А.. с признаками черепно-мозговой травмы;

с показаниями иных лиц и с другими рассмотренными судом доказательствами, в частности с заключениями судебно-медицинских экспертиз о характере и степени тяжести телесных повреждений Д.М.А. их относимости по давности к инкриминируемому осужденному периоду времени, локализации их на теле потерпевшего и о механизме их образования, в частности возможности их образования от четырехкратного воздействия тупым твердым предметом, удара кулака на уровне: правой височной мышцы, лба справа (1), темени слева (1) и лба слева (1), независимо от расположения погибшего, которые входят в единый комплекс закрытой черепно-мозговой травмы, причинившие тяжкий вред здоровью по признакам опасного для жизни и которые находятся в прямой причинной связи с наступлением смерти потерпевшего; при этом согласно выводов дополнительной судебно-медицинской экспертизы, имеющиеся у потерпевшего телесные повреждения являются травматическими метками, то есть местами контакта с конкретным тупым предметом (кулаком) и эти телесные повреждения в виде ссадин входят в единый комплекс причиненной черепно-мозговой травмы Д.М.А., указанной в п.1.1. и поэтому все входящие в этот комплекс черепно-мозговой травмы расцениваются как тяжкие телесные повреждения по признаку опасности для жизни и находятся в прямой причинно-следственной связи с наступлением смерти. 1.2 тупая травма нижних конечностей, представленных ссадинами на уровне: левой и правой голени (по 1), правого голеностопного сустава (1), которые так же возникли прижизненно в один промежуток времени с телесными повреждения, указанными в п.1.1. от трехкратного воздействия тупого твердого предмета возможно при ударах таковым, либо при падении с ударами о таковые, либо о плоскость, которые, как каждое в отдельности, так и в совокупности, не причинили вреда здоровью и не находятся в прямой причинной связи с наступлением смерти и после получения которых Д.М.А.. мог совершать активные действия и жить неограниченно долго;

а также с иными доказательствами, и при отсутствии законных и объективных оснований сомневаться в их достоверности, обоснованно положены судом в основу обвинительного приговора.

Данными доказательствами опровергаются доводы апелляционных жалоб об отсутствии в действиях Пугачева Д.А. состава преступления, за которое он осужден настоящим приговором.

Суд апелляционной инстанции не может согласиться с доводами осужденного и стороны защиты о недопустимости и недостоверности вышеназванных показаний представителя потерпевшего, свидетелей обвинения, а также протоколов следственных действий и заключений экспертов, как доказательств по делу.

Так, в соответствии с ч. 1 ст. 74 УПК РФ доказательствами по уголовному делу являются любые сведения, на основании которых суд, прокурор, следователь в порядке, определенном настоящим Кодексом, устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, подлежащих доказыванию при производстве по уголовному делу, а также иных обстоятельств, имеющих значение для уголовного дела.

Согласно п.п. 2,3 ч. 2 настоящей статьи УПК РФ в качестве доказательств допускаются показания потерпевшего, свидетеля, а также заключение и показания эксперта.

В соответствии с ч. 1 ст. 75 УПК РФ недопустимыми являются лишь доказательства, полученные с нарушением требований настоящего Кодекса.

Согласно ст. 87 УПК РФ проверка доказательств производится следователем, прокурором, судом путем сопоставления их с другими доказательствами, имеющимися в уголовном деле, а также установления их источников, получения иных доказательств, подтверждающих или опровергающих проверяемое доказательство.

В соответствии с ч. 1 ст. 88 УПК РФ каждое доказательство подлежит оценке с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, а все собранные доказательств в совокупности - достаточности для разрешения уголовного дела.

Данные требования уголовно-процессуального закона при оценке показаний представителя потерпевшего, свидетелей обвинения и иных доказательств судом первой инстанции соблюдены надлежащим образом.

Вопреки доводам жалобы, приговор суда соответствует положениям главы 39 УПК РФ, в том числе ст.297 и ч.4 ст.302 УПК РФ, поскольку выводы суда о виновности осужденного основаны на совокупности исследованных в судебном заседании доказательств.

Как судом первой инстанции, так и судом апелляционной инстанции не установлено объективных данных, которые бы свидетельствовали об оговоре осужденного допрошенными представителем потерпевшего и свидетелями, поскольку данные обстоятельства не подтверждены объективными данными, свидетельствующими о наличии у указанных лиц оснований для оговора осужденного и дачи заведомо ложных показаний суду.

Представитель потерпевшего и вышеназванные свидетели обвинения, в том числе свидетель С.Е.В. были допрошены, как в ходе предварительного расследования, так и судебного следствия, в строгом соответствии с нормами уголовно-процессуального кодекса. У суда не имелось объективных оснований сомневаться в достоверности их показаний, поскольку они согласуются с иными исследованными в судебном заседании доказательствами, в том числе и между собой. Не усматривает таковых оснований и суд апелляционной инстанции. При этом, как следует из протоколов допросов свидетеля С.Е.В. на предварительном следствии, какой-либо психотравмирующей ситуации для последней, о чем в жалобе говорит осужденный, объективно не усматривается.

Незначительные противоречия в показаниях свидетелей рассмотрены и надлежаще оценены судом. Вопреки доводам жалобы, каких-либо существенных противоречий в показаниях представителя потерпевшего и свидетелей обвинения, ставящих под сомнение сам факт совершения преступления Пугачевым Д.А. и правильность квалификации его действий, суд апелляционной инстанции не усматривает.

Также вопреки доводам жалоб, показания представителя потерпевшего и свидетелей стороны обвинения, указавших источник своей осведомленности, не могут быть признаны недопустимыми доказательствами в соответствии с ч.2 п. 2 ст.75 УПК РФ. Доводы жалобы о наличии причин не доверять показаниям указанных лиц на том основании, что они не являлись непосредственными очевидцами преступлений, не основаны на законе.

Признавая экспертные заключения по делу допустимыми доказательствами, суд исходил из того, что они научно обоснованы, непротиворечивы и соответствуют материалам дела, проведены с соблюдением требований уголовно-процессуального закона, а компетентность экспертов сомнений не вызывает. Методика проведенных исследований также не позволяет усомниться в обоснованности выводов экспертов.

Анализ исследованных доказательств, позволил суду первой инстанции сделать законный и обоснованный вывод о том, что в действиях осужденного Пугачева Д.А. отсутствует как необходимая оборона, так и превышение ее пределов, поскольку на момент совершения преступления со стороны потерпевшего отсутствовали какие-либо активные действия, о чем свидетельствует отсутствие признаков борьбы и телесных повреждений у осужденного, его одежда была чистой, у него отсутствовали видимые телесные повреждения, что в полной мере присутствовало у самого потерпевшего. Как следует из показаний представителя потерпевшей Д.Т.И.. и свидетеля С.Е.В. потерпевший Д.М.А. был спокойным, неагрессивным, в состоянии алкогольного опьянения не мог драться и оказывать сопротивление. Версия осужденного о наличии у потерпевшего топора в руках была тщательно проверена судом и опровергнута, как несостоятельная, чему судом в приговоре суда надлежащая оценка.

Противоправное поведение со стороны потерпевшего Д.М.А.., послужившее поводом для возникновения данного конфликта, совокупностью приведенных доказательств, объективно не может свидетельствовать о нахождении Пугачева Д.А. в состоянии необходимой обороны. Указанное поведение потерпевшего было обоснованно учтено судом первой инстанции в качестве смягчающего наказание осужденного обстоятельства.

Достоверно установив фактические обстоятельства дела, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу, что умысел Пугачева Д.А. был направлен именно на причинение тяжкого вреда здоровью потерпевшего Д.М.А., что следует из имеющихся объективных признаков, а именно: способа причинения им вреда здоровью потерпевшего - путем нанесения с силой нескольких умышленных ударов руками в жизненно-важный орган потерпевшего - в голову, степени их тяжести, а также исходя из характера взаимоотношений между осужденным и потерпевшим, которые, согласно показаниям очевидцев данного конфликта, стали носить неприязненный характер.

При данных обстоятельствах, показания осужденного о том, что он действовал в состоянии необходимой обороны, в связи с противоправным поведением потерпевшего, будучи дезориентированным в пространстве, напуганным от его действий, суд верно расценил как реализованный способ защиты от предъявленного обвинения.

Доводам апелляционной жалобы о возможности причинения тяжкого вреда здоровью потерпевшему Д.М.А. повлекшему по неосторожности смерть последнего, при иных обстоятельствах, судом первой инстанции дана мотивированная критическая оценка. Нанесение телесных повреждений, повлекших тяжкий вред здоровью, от которых наступила смерть потерпевшего, суд первой инстанции, совокупностью вышеприведенных доказательств, правильно отнес к действиям именно осужденного, а не иных лиц.

При таких обстоятельствах, суд апелляционной инстанции находит доводы жалобы о непричастности Пугачева Д.А. к совершенному преступлению неубедительными и противоречащими исследованным с достаточной полнотой доказательствам.

Совокупность исследованных в судебном заседании доказательств, получивших надлежащую оценку в приговоре, достаточна для разрешения уголовного дела, установления виновности осужденного в совершенном им преступлении, так как приведенные в приговоре доказательства взаимосвязаны между собой, дополняют друг друга и конкретизируют обстоятельства содеянного.

Отдавая предпочтение доказательствам, представленным стороной обвинения, суд первой инстанции в ходе судебного следствия должным образом исследовал, а также проверил и все доводы защиты, на которые ссылаются авторы апелляционных жалоб, аргументировано их отверг, с чем суд апелляционной инстанции не находит оснований не согласиться.

Все доказательства, изложенные в описательно-мотивировочной части приговора, обоснованно признаны судом как полученные в полном соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона. Каких-либо оснований для признания их недопустимыми и исключения из приговора не имеется.

Суд апелляционной инстанции обращает внимание, что доводы апелляционных жалоб идентичны доводам, изложенным осужденным и стороной защиты в суде первой инстанции. При этом судом в обжалуемом приговоре даны надлежаще мотивированные и обоснованные ответы на вышеназванные доводы, с которыми соглашается и суд апелляционной инстанции.